Красноречивость едва ли применима к общению в real-time, однако не совсем понятно куда она девается из более медленных способов общения, где есть возможность обдумать каждое свое слово, отредактировать строку выше, и прочее. Многозначительность высказывания может давить на мозг ученым-буквоедам, однако если речь идет о концептуальных и философских вещах, эта многозначность как правило позволяет проще и короче выразить все требуемые смыслы. Кроме того, многозначительность порождает благодатную почву для обсуждений и трактовок. А при наличии оных, есть шанс, что кто-либо выдвинет трактовку, о которой даже не задумывался автор – и это тоже будет элемент обмена опытом, а также элемента обратной связи.

Что же до изящества и всесторонней осмысленности оборотов речи, это тоже почему-то мало кто использует. Понятно, что ограниченным лексиконом пользоваться значительно проще, чем морочить себе и другим голову сложными фразеологизмами. Но от последовательного изложения информации остается только эта самая информация. Для технических текстов это приемлемо. Для публицистики это критично, правда еще более критично некорректное использование оборотов. Русские сами не знают свой язык – похоже с этим ничего не поделаешь.

Пора начинать перечитывать классику. Мне не нравится собственный стиль письма. Аминь.

> Dilvish: скажи мне предложение на русском, которое подойдёт вступительным к тексту о образовании в россии?

> Lanriel: Пиздец, граждане!

Стук в дверь. Всхлипывание, еле заметное в ночной тишине. Не входи, не беспокой мою тревогу – сердце пополам.
Ножом в спину. Прелестная слабость.
«Ты слишком жесток в твоей доброте.»
Я не хочу делать другим больно.
«Почему ты не хочешь дать людям свободу тебя ненавидеть?»
Я боюсь, что мне причинят боль. Я слишком много ее испытал, но привыкнуть к ней не вышло.
«Я не хочу заслуживать право не ненависть, но я не могу так больше…»
Это не пройдет. Позволь помочь тебе.
Крепкие объятия. Горящие тела. Ножом в сердце.
Попробуй мою кровь. Она сладка на вкус – твоему сердцу понравится.
Иногда смерть гуманнее жизни.
Держись на расстоянии вздоха – этому нельзя помочь. Так-то, любовь моя.

Здесь расстались два одиночества. Надеюсь.

Опять день, опять несносный мерзкий день, который не несет с собой ничего хорошего. Время назад не вернешь, но наверно это было бы забавно. Непонятно чем или кем заполнять внезапно образовавшуюся пустоту, да и боязно – мои зависимости и так уже слишком завязаны на вполне определенном небольшом круге. И винить вроде некого, люди приходят и уходят, как на роду написано.
В узком кругу хорошо, пока не вклиниваются чужие. Или сам не вклиниваешься, как чужой. Во всех случаях чувствуешь себя одинаково паршиво. Лишние люди – это другой круг, так что это без меня, пожалуйста. Убить бы. Приласкать выстрелом в сердце крест-накрест. И себя заодно, рикошетом, обменяться кровью. Насколько бы лучше стал мир без меня.
Отвратные праздники, отвратное веселье. Наверное, мне должно было быть хорошо и уютно, но. «Но» – оно всегда стоит на другой стороне медали. Я неправ. Мне не нужно пытаться делать другим людям весело, когда самому ничего не хочется. Например, не хочется ненужного сочувствия. Люди лицемерны, когда дело касается чужих неприятностей. Не все, да. Исключения. Вдвойне устрашающая искренность. Хорошо, если искренность. Лестно и панически неприятно. Проникает под кожу и глубже, хочет помочь, разобрать по полочкам. Взвыть волком. Милая моя, пожалей, не расспрашивай о подробностях, мне же больно до слез.
Сознание разбито вдребезги, осколки рассыпаны по уголкам мира. Кто все эти люди? Почему я должен относиться к ним так же как и месяц, год назад? Двусмысленные реплики, которые случайно можно принять на свой счет. Не хочу, пусть разочаровывается кто-нибудь другой. Я ведь настолько же жесток. Какой ответ, такой и вопрос, оно того не стоит. Понимать друг друга с полуслова мы не обучены.
Будущее размыто на всех фронтах. Это мы, неудачливые путешественники во времени вперед и только вперед, вплоть до тумана и расходящихся дорог. Вот и он, туман. А дальше – тропи сам, дорогуша. Потеряешься – ну, значит судьба такая. Прислушаешься – а вокруг только волки воют от тоски, такие же как ты, только без заморочек по поводу морали и счастья. Им лучше – у них крыльев никогда не было. Падать больно, особенно на колени.
Стоять и думать о том, что же ты сделал неправильно. Искать мастера, который сошьет твою душу по кусочкам и примерит на себя. Вдруг она слишком широкая и не подойдет по размеру. Впрочем, на то он и мастер, чтобы сшить впору.
Пустота кругом. Опять философия. Шоколад в неумеренных количествах. Непрерывный взгляд в никуда. Клавиатура щелкает под пальцами. Ноги нервно постукивают по полу. Дрожь по спине от холода и осознания собственной ничтожности. Жизнь налаживается.

Я в бешенстве! какой-то хрен покусился на святое – на мою аську! Впрочем чего уж греха таить, пароль был довольно слабый. При этом он даже завладел ей на какое-то время и даже написал в детали куда обращаться. Не знаю, помогла ли мне ламоватость кулхацкера или то что я стер из емайл-полей все свои адреса, чтобы не светить для спамботов, но к счастью пароль удалось выслать на емайл. Узнаю кто это был – яйца оторву.

ЗЫ. Прошу прощения за непарламентскую лексику. Если я вам что-то писал примерно с 23.00 17.05.2007 до 18.40 18.05.2007, то знайте – это был не я.